Невроз переноса возникает у клиентов способных

Невроз переноса – это… Что такое Невроз переноса?

Невроз переноса возникает у клиентов способных
– в психоанализе – а) это либо невроз, при котором пациент способен к трансферу (переносу чувств к людям из прошлого на аналитика) либо б) обозначение всепоглощающего интересак аналитику, развивающегося в ходе лечения психоанализом.

* * *

– невроз, возникающий в процессе психоаналитической терапии и обусловленный развитием всепоглощающего интереса пациента к аналитику, а также его способностью переносить свои чувства и переживания на него.

   На начальном этапе становления и развития психоанализа З. Фрейд обнаружил, что в процессе психоаналитического лечения пациенты не только начинают проявлять особый интерес к личности аналитика, но и переносят на него нежные и часто смешанные с ними враждебные стремления. Так, в написанной совместно с венским врачом Й.

Брейером работе «Исследования истерии» (1895) он обратил внимание на то регулярное явление в анализе, которое свидетельствует о переносе пациентом на врача мучительных представлений.

При этом он высказал мысль, что если бы не разъяснял пациентам природу этого «неправильного связывания» своих чувств и переживаний с личностью аналитика, то «просто дал бы им в замену новый истерический симптом, если, правда, и более мягкий, вместо другого, спонтанно развивающегося».

   Несколько лет спустя в лекциях, прочитанных в Кларкском университете (США) в 1909 г. и опубликованных в форме работы «О психоанализе» (1910), З.

Фрейд отметил, что симптомы больных, представляющие собой осадки прежних переживаний, могут быть растворены, если воспользоваться сравнением из химии, «только при высокой температуре переживаний переноса».

В этом процессе аналитик играет роль каталического фермента, который, по выражению венгерского психоаналитика Ш. Ференци (1873–1933), на время притягивает к себе освобождающиеся аффекты.

   Притягивание аналитиком освобождающих аффектов пациента приводит к тому, что в процессе психоаналитического лечения у последнего возникает как бы новое заболевание, которое З. Фрейд назвал «неврозом переноса». Происхождение и природа этого заболевания были рассмотрены им в «Лекциях по введению в психоанализ» (1916/17) и его размышления по этому поводу сводились к следующему.

   Болезнь пациента, обратившегося к аналитику за помощью, не является чем-то застывшим, законченным. Подобно живому существу, она продолжает расти и развиваться, несмотря на надежды пациента, связанные с желанием скорейшего выздоровления.

Начало лечения не прекращает развитие болезни, но по мере того, как оно завладевает пациентом, его болезнь начинает претерпевать такую метаморфозу, в результате которой возникает новое болезненное проявление, направленное на отношение к аналитику.

Как только перенос приобретает подобное значение, ранее осуществляемая аналитическая работа с невротическими симптомами пациента оказывается как бы отброшенной назад. Психоаналитику приходится иметь дело теперь не столько с прежней болезнью пациента, сколько с заново возникшим «искусственным неврозом», заменившим собой то болезненное состояние, с которым пациент пришел в анализ.

Невротические симптомы пациента лишились своего первоначального значения, приспособились к новому смыслу и обрели особую направленность, в результате чего имеющиеся у него наготове и тесно связанные с его заболеванием психические установки переносятся на аналитика. Так возникает «невроз переноса».

   З. Фрейд исходил из того, что именно невроз переноса оказывается благоприятной почвой для обнаружения тех психических переживаний, которые ранее привели человека к бегству в болезнь.

В процессе аналитической терапии на фоне невроза переноса повторяются по отношению к аналитику защитные действия и реакции, имевшие ранее место по отношению к другим людям и, благодаря чему появляется реальная возможность по выявлению и осознанию действия бессознательных сил и процессов в психике больного.

Поэтому терапевтическая работа переносится в сферу выявления, осмысления и преодоления невроза переноса как наглядной модели проявления невротических наклонностей пациента. По убеждению З.

Фрейда, преодоление этого искусственного невроза означает и освобождение от болезни, с которой пациент пришел в анализ, поскольку, освободившийся от действия вытесненных, подавленных влечений и ставший нормальным по отношению к аналитику, он «остается таким же и в частной жизни, когда врач опять отстранил себя».

   Данное убеждение, высказанное им в «Лекциях по введению в психоанализ», являлось отражением его предшествующих представлений, нашедших отражение в работах «Введение в лечение» (1913) и «Воспоминание, повторение и переработка» (1914).

В первой работе подчеркивалось, что «только тогда становится невозможным состояние болезни, когда перенесение снова разрушается, как того требует его разрешение».

Во второй – высказывалась мысль о том, что если пациент считается с необходимыми условиями лечения, то аналитику удается дать новые условия переноса всем симптомам болезни, «заменить общий невроз неврозом перенесения, от которого больной излечивается благодаря терапевтической работе».

   Высказанная З. Фрейдом идея о необходимости развития невроза переноса в терапевтических целях излечения нервнобольных была не только подхвачена многими психоаналитиками, но и стала своего рода ориентиром для дальнейшего развития теории практики психоанализа.

В 50-е годы эта идея настолько завладела умами части психоаналитиков, что некоторые из них стали рассматривать психоаналитическую технику и психоанализ в целом через призму необходимости создания благоприятных условий для развития интенсивного невроза переноса у больных, последующего его раскрытия и преодоления. Так, в докладе М.

Гилла, сделанном в психоаналитическом обществе Сан-Франциско в 1953 г.

, и в его соответствующей статье «Психоанализ и исследовательская психотерапия» (1954) подчеркивалось, что для того, чтобы анализ был глубоко аффективным опытом и пациент мог ощутить свои наиболее глубокие иррациональные и детские переносы, требуется восстановление детского невроза, развитие «регрессивного невроза переноса».

   Между тем хотя З.

Фрейд рассматривал невроз переноса в качестве необходимого средства, способствующего осуществлению психоаналитической терапии, тем не менее он исходил из того, что нет никакой необходимости в интенсификации этого невроза, в допущении и тем более поощрении его полного развития. В работе «По ту сторону принципа удовольствия» (1920) он подчеркивал, что аналитик стремится «по возможности ограничить сферу этого невроза перенесения, как можно глубже проникнуть в воспоминания и меньше допустить повторений».

   Среди современных психоаналитиков нет единой точки зрения на необходимость интенсификации или сдерживания невроза переноса, используемого в аналитической терапии в качестве инструмента лечения нервнобольных.

Многие из них считают, что интенсивный невроз переноса может привести к снижению самооценки пациента и на длительное время задержать процесс его излечения, а в некоторых случаях – стать непреодолимым препятствием к выздоровлению больного.

   На современном этапе развития теории и практики психоанализа значительное внимание уделяется дискуссионным вопросам, связанным с обсуждением того, как и в какой степени разрешим невроз переноса, возможно ли окончательное преодоление его или в процессе психоаналитической терапии сохраняются такие остаточные явления его, которые дают знать о себе и после завершения пациентом курса лечения.

   Основания для постановки последнего вопроса обусловливались, в частности, тем, что один из известных в истории психоанализа пациентов З. Фрейда, проходивший у него лечение на протяжении 1910–1914 г г. и нескольких месяцев в 1919–1920 гг.

, по прошествии шести лет после завершения анализа вновь был вынужден обратиться за терапевтической помощью сперва к самому основателю психоанализа, а затем по его рекомендации к другому психоаналитику, к Р. Брунсвик. Причем письмо З.

Фрейда бывшему пациенту, в котором содержалась просьба ответить на несколько вопросов по поводу ранее подвергнутому анализу сновидения с волками, оказалось, судя по всему, одной из причин ухудшения его психического состояния. Во всяком случае знаменитый пациент З. Фрейда ответил на письмо своего бывшего аналитика в июне 1926 г., лето возвратило, по выражению Р.

Брунсвик, «полный набор симптомов», в начале октября того же года он был у нее в приемной, а тридцать лет спустя, в июне 1957 г. в письме М. Гардинер он задавался вопросом о том, не связана ли вспышка его «паранойи» с «вопросами профессора Фрейда», и замечал, что нет ничего удивительного в том, если его ответ Фрейду был написан «на грани паранойи».

Энциклопедический словарь по психологии и педагогике. 2013.

Источник: https://psychology_pedagogy.academic.ru/10874/%D0%9D%D0%B5%D0%B2%D1%80%D0%BE%D0%B7_%D0%BF%D0%B5%D1%80%D0%B5%D0%BD%D0%BE%D1%81%D0%B0

Перенос в психоанализе – классический и современный взгляды

Невроз переноса возникает у клиентов способных
Понятие перенос в психологии

Перенос в психоанализе – главный организующий принцип процесса аналитической терапии

В отношении явления переноса примечателен тот факт, что то, что поначалу виделось как помеха терапевтическому процессу впоследствии оказалось главным движителем излечения. Сначала З.

Фрейд считал чрезмерные реакции пациента на личность аналитика (в чем, собственно, и проявляется перенос) крайне невыгодными и мешающими процессу лечения, он был крайне раздосадован этим, видя в чрезмерных реакциях увеличение работы, но позже осознал ценность этого явления.

Сейчас мы понимаем перенос как связующую нить всего психоаналитического процесса, краеугольный камень аналитического опыта, его главный организующий принцип. Зигмунд Фрейд говорит о переносе как о повторении, новом издании старых объектных отношений. Т.е.

речь идет о таких видах отношений с личностью аналитика, при которых по отношению к аналитику переживаются чувства, не имеющие непосредственного и прямого отношения к нему и которые в действительности обращены к кому-то другому.

Под «другим» здесь подразумевается некий ретроспективный взгляд в прошлое пациента, включающий в себя эдиповы и также архаичные доэдиповы конфликты.

Это повторение, как бы копирование, воспроизведение прошлого пациента, его значимых отношений из далекого прошлого в настоящем, в отношениях с аналитиком, но это также и модифицированная и искаженная версия пережитого, взгляд самого пациента на то, что с ним происходило в его жизни.

По мысли Фрейда, готовность анализанта к реакциям переноса происходит от его неудовлетворенности. Реакции переноса являются показателями регрессии либидо. Перенос – визитная карточка психоанализа, т.к. психоанализ как раз и отличается от других видов терапий своим интересом к развитию переноса у пациента.

В рамках этой концепции аналитик способствует развитию реакций переноса и предпринимает попытки систематически анализировать явления переноса.

Моделирующий аналитическую работу акцент и внимание к развитию переноса у пациента в аналитической ситуации дает нам возможность исследовать, как уникальный опыт и психическая реальность пациента может проявиться и раскрыться в отношениях аналитик – анализант.

Концепция переноса, наш интерес к его исследованию задают определенные рамки и ритм нашей работе, активируя тем самым специфический терапевтический процесс, в ходе которого мы можем обнаруживать и раскрывать модели объектных отношений, которые организуют психическую жизнь анализанта, мешают ему в жизни, заставляют страдать, препятствуют развитию и самораскрытию. И тогда аналитическая ситуация становится сценой, на которой может быть представлен внутренний мир анализанта, в «здесь и теперь» аналитической ситуации может разыгрываться и проживаться прошлый опыт анализанта – фантазируемый и реальный. Аналитическая ситуация таким образом становится репрезентацией прошлого эмоционального опыта анализанта, его внутреннего объектного мира. Тем самым мы предоставляем пространство для встречи анализанта с его неосознаваемой внутренней реальностью, в этом возможность для трансформационного процесса и достижения анализантом новых более свободных и естественных форм психической жизни.

Невроз переноса – артефакт или креатив?

В ходе терапевтической работы Фрейд наблюдал, как интересы пациента все больше фокусировались на личности аналитика, и как постепенно отношения с аналитиком становились центром для пациента, в котором фокусировались все нюансы его прежнего болезненного состояния. Фрейд назвал этот процесс «невроз переноса». Но это не болезнь в нозологическом смысле, это некая «искусственная болезнь», порожденная опытом отношений пациента с аналитиком. Это «новое издание старой болезни» (Фрейд), которая теперь может отступить благодаря вмешательствам аналитика. «Если пациент терпеливо соблюдает необходимые для продолжения лечения условия, нам удается обычно придать всем симптомам болезни новый смысл на основании перенесения, делая так, что обычный невроз замещается «неврозом перенесения», от которого пациент может излечиться под воздействием терапии. Перенесение, таким образом, создает некую переходную область между болезнью и жизнью, через нее возможен переход от первой ко второй. Это новое состояние принимает на себя все свойства болезни, но создает условия, при которых искусственная болезнь абсолютно беззащитна перед лицом нашей атаки» (Фрейд, 1914). Таким образом, болезнь пациента переносится в поле отношений с аналитиком, при этом симптомы кардинально изменяют свой первоначальный смысл и приобретают новые, совершенно иные очертания, трансформируясь в проблемы взаимоотношений с аналитиком. Анализант может проживать эту историю как интенсивную смесь любви и ненависти, крайне амбивалентных чувств по отношению к аналитику. Вся сложность и драматизм этого мира для пациента теперь сосредоточены в личности аналитика. Классическая психоаналитическая традиция предполагает, что аналитик должен способствовать максимальному развитию невроза переноса в ходе лечения. Считается, что через невроз переноса пациент способен получить доступ к неосознаваемым прошлым патогенным переживаниям, воспоминаниям. Пережив репрессированное прошлое с помощью аналитика, пациент сможет преодолеть патогенные невротические защиты, инфантильные конфликты. Таким образом, согласно взгляду Фрейда, в процессе терапии пациент замещает свой обычный невроз неврозом переноса, вовлекая аналитика, и именно это является необходимым переходом для достижения терапевтической цели анализа. Концепция «невроза переноса» была сформулирована Фрейдом в работе с пациентами, страдающими от неврозов, связанных с эдиповым конфликтом и инфантильной психосексуальностью. Для нас остается вопрос – насколько мы можем применять эту концепцию для других видов психопатологий, в частности, доэдипальной проблематики. Взгляды на концепт «невроз переноса» психоаналитиков постфрейдовского периода менялись и разделялись. Но до сих пор этот концепт актуален в психоаналитической работе. В частности, Г.Левальд предлагает взгляд на невроз переноса как на «операциональную концепцию», «организационный принцип аналитического опыта», он подчеркивает, что говоря о неврозе переноса, мы не имеем в виду некий спектр симптомов, которые из одной формы трансформировались в другую, а скорее, мы можем говорить о перемещении интрапсихической патологии пациента в контекст взаимоотношений пациента и аналитика. Итак, мы можем рассматривать невроз переноса как модель, которая организует наш опыт в аналитической ситуации. Причем современные авторы подчеркивают, что этот опыт включает не только проработку эдипальных конфликтов, но и ретроспективно придает форму остаточным архаичным и доэдиповым конфликтам (Лейбович, 1979). Многие современные авторы видят в неврозе переноса креативные и моделирующие возможности для аналитического процесса. В частности, современные концепты проективной идентификации во многом расширили наши представления о возможных формах проявления и проработки патологических взаимодействий и коммуникаций между аналитиком и анализантом.

Как работать с переносом: от объяснения невроза переноса к его разрешению – от переноса к контрпереносу и к аналитическому полю

Классическая техника психоанализа предполагает, что процесс анализирования переноса заключается в последовательной и тщательной работе, связанной с конфронтацией, или демонстрацией переноса пациенту, прояснения, интерпретации и проработки. В классическом походе мы движемся от объяснения невроза переноса пациенту к его разрешению в аналитической ситуации.

Фрейд отмечал, что работа с неврозом переноса «требует от аналитика умения, терпения, спокойствия и самоотверженности» (Фрейд, 1926). При этом подчеркивалось, что для аналитика важно сохранять состояние нейтральности и абстиненции, т.е. личные предпочтения и отношения аналитика не должны проникать в анализ.

Аналитик – это зеркало, сквозь гладь которого ничто личное не проникает в аналитическое пространство. Но это, естественно, в идеале. Поэтому, говоря о работе с переносом, мы не можем избежать сложной и неоднозначной темы контрпереноса.

Перенос и контрперенос – две стороны некоего единого целого, позволяющего нам ухватить механизмы коммуникативных процессов, тонкости и подоплеку интерсубъективных процессов на терапии. Генрих Ракер отмечает «существование некого невроза контрпереноса, который обычно наблюдается, хоть и в легкой форме, у аналитика как ответ на невроз переноса у пациента» (Ракер, 1960).

Лапланш и Понталис определяют контрперенос как совокупность бессознательных реакций аналитика на личность анализируемого, в частности, на его перенос. Контрперенос – это дополнение переноса, «живой ответ аналитика, без которого перенос не может достичь достаточной полноты жизни и знания» (Ракер, 1960). М. и В.

Баранже ввели концепцию психоаналитического поля, благодаря которому переформулируется и дополняется концепция невроза переноса, и перенос и контрперенос рассматриваются как части единого целого, как явление биперсонального поля.

Левальд говоря о контексте отношений пациента и аналитика, вводит понятие интрапсихического поля, в котором происходит новое создание невроза переноса. Эти авторы говорят о том, что участие бессознательного аналитика также важно для создания и проработки невроза переноса у анализанта.

Сандлер отмечает отзывчивость и ролевой резонанс у аналитика как важную составляющую аналитической функции.

Таким образом, концепция контрпереноса, ее современные трактовки дополняют классический подход к неврозу переноса, и предполагают вовлеченность аналитика в динамику отношений с пациентом, которую он может осознавать спустя какое-то время и после соответствующей проработки в своем внутреннем мире. Т.е.

аналитик сталкивается с ситуацией не-знания, так называемым опытом негативной способности (У.Бион) – того, что переживает и чувствует пациент, что значит для него аналитик, кто он для него в данный момент, с чем мы имеем дело. Поэтому для аналитика становится важным проявлять терпение не только к переносу пациента, но и к собственному контрпереносу.

Таким образом, в ходе аналитического процесса патология пациента трансформируется в новую патологическую форму – невроз переноса, в которой мы попадаем на незнакомую территорию, которую аналитик и анализант вместе исследуют, создают, осваивают, воссоздавая индивидуальную историю и эмоциональный опыт анализанта, реорганизуя его в иные, более актуальные контексты. В этом процессе мы сталкиваемся с пониманием отсутствия универсальных и четко работающих моделей, и это тот опыт, который анализант создает вместе с аналитиком.

Источник: https://GolenevaLada.ru/blog/perenos-v-psikhoanalize-klassicheskiy-i-sovremennyy-vzglyady/

ПЕРЕНОСА, НЕВРОЗ

Невроз переноса возникает у клиентов способных
невроз, возникающий в процессе психоаналитической терапии и обусловленный развитием всепоглощающего интереса пациента к аналитику, а также его способностью переносить свои чувства и переживания на него.

   На начальном этапе становления и развития психоанализа З.

Фрейд обнаружил, что в процессе психоаналитического лечения пациенты не только начинают проявлять особый интерес к личности аналитика, но и переносят на него нежные и часто смешанные с ними враждебные стремления. Так, в написанной совместно с венским врачом Й.

Брейером работе «Исследования истерии» (1895) он обратил внимание на то регулярное явление в анализе, которое свидетельствует о переносе пациентом на врача мучительных представлений.

При этом он высказал мысль, что если бы не разъяснял пациентам природу этого «неправильного связывания» своих чувств и переживаний с личностью аналитика, то «просто дал бы им в замену новый истерический симптом, если, правда, и более мягкий, вместо другого, спонтанно развивающегося».

   Несколько лет спустя в лекциях, прочитанных в Кларкском университете (США) в 1909 г. и опубликованных в форме работы «О психоанализе» (1910), З.

Фрейд отметил, что симптомы больных, представляющие собой осадки прежних переживаний, могут быть растворены, если воспользоваться сравнением из химии, «только при высокой температуре переживаний переноса».

В этом процессе аналитик играет роль каталического фермента, который, по выражению венгерского психоаналитика Ш. Ференци (1873–1933), на время притягивает к себе освобождающиеся аффекты.

   Притягивание аналитиком освобождающих аффектов пациента приводит к тому, что в процессе психоаналитического лечения у последнего возникает как бы новое заболевание, которое З. Фрейд назвал «неврозом переноса». Происхождение и природа этого заболевания были рассмотрены им в «Лекциях по введению в психоанализ» (1916/17) и его размышления по этому поводу сводились к следующему.

   Болезнь пациента, обратившегося к аналитику за помощью, не является чем-то застывшим, законченным. Подобно живому существу, она продолжает расти и развиваться, несмотря на надежды пациента, связанные с желанием скорейшего выздоровления.

Начало лечения не прекращает развитие болезни, но по мере того, как оно завладевает пациентом, его болезнь начинает претерпевать такую метаморфозу, в результате которой возникает новое болезненное проявление, направленное на отношение к аналитику.

Как только перенос приобретает подобное значение, ранее осуществляемая аналитическая работа с невротическими симптомами пациента оказывается как бы отброшенной назад. Психоаналитику приходится иметь дело теперь не столько с прежней болезнью пациента, сколько с заново возникшим «искусственным неврозом», заменившим собой то болезненное состояние, с которым пациент пришел в анализ.

Невротические симптомы пациента лишились своего первоначального значения, приспособились к новому смыслу и обрели особую направленность, в результате чего имеющиеся у него наготове и тесно связанные с его заболеванием психические установки переносятся на аналитика. Так возникает «невроз переноса».

   З. Фрейд исходил из того, что именно невроз переноса оказывается благоприятной почвой для обнаружения тех психических переживаний, которые ранее привели человека к бегству в болезнь.

В процессе аналитической терапии на фоне невроза переноса повторяются по отношению к аналитику защитные действия и реакции, имевшие ранее место по отношению к другим людям и, благодаря чему появляется реальная возможность по выявлению и осознанию действия бессознательных сил и процессов в психике больного.

Поэтому терапевтическая работа переносится в сферу выявления, осмысления и преодоления невроза переноса как наглядной модели проявления невротических наклонностей пациента. По убеждению З.

Фрейда, преодоление этого искусственного невроза означает и освобождение от болезни, с которой пациент пришел в анализ, поскольку, освободившийся от действия вытесненных, подавленных влечений и ставший нормальным по отношению к аналитику, он «остается таким же и в частной жизни, когда врач опять отстранил себя».

   Данное убеждение, высказанное им в «Лекциях по введению в психоанализ», являлось отражением его предшествующих представлений, нашедших отражение в работах «Введение в лечение» (1913) и «Воспоминание, повторение и переработка» (1914).

В первой работе подчеркивалось, что «только тогда становится невозможным состояние болезни, когда перенесение снова разрушается, как того требует его разрешение».

Во второй – высказывалась мысль о том, что если пациент считается с необходимыми условиями лечения, то аналитику удается дать новые условия переноса всем симптомам болезни, «заменить общий невроз неврозом перенесения, от которого больной излечивается благодаря терапевтической работе».

   Высказанная З. Фрейдом идея о необходимости развития невроза переноса в терапевтических целях излечения нервнобольных была не только подхвачена многими психоаналитиками, но и стала своего рода ориентиром для дальнейшего развития теории практики психоанализа.

В 50-е годы эта идея настолько завладела умами части психоаналитиков, что некоторые из них стали рассматривать психоаналитическую технику и психоанализ в целом через призму необходимости создания благоприятных условий для развития интенсивного невроза переноса у больных, последующего его раскрытия и преодоления. Так, в докладе М.

Гилла, сделанном в психоаналитическом обществе Сан-Франциско в 1953 г.

, и в его соответствующей статье «Психоанализ и исследовательская психотерапия» (1954) подчеркивалось, что для того, чтобы анализ был глубоко аффективным опытом и пациент мог ощутить свои наиболее глубокие иррациональные и детские переносы, требуется восстановление детского невроза, развитие «регрессивного невроза переноса».

   Между тем хотя З.

Фрейд рассматривал невроз переноса в качестве необходимого средства, способствующего осуществлению психоаналитической терапии, тем не менее он исходил из того, что нет никакой необходимости в интенсификации этого невроза, в допущении и тем более поощрении его полного развития. В работе «По ту сторону принципа удовольствия» (1920) он подчеркивал, что аналитик стремится «по возможности ограничить сферу этого невроза перенесения, как можно глубже проникнуть в воспоминания и меньше допустить повторений».

   Среди современных психоаналитиков нет единой точки зрения на необходимость интенсификации или сдерживания невроза переноса, используемого в аналитической терапии в качестве инструмента лечения нервнобольных.

Многие из них считают, что интенсивный невроз переноса может привести к снижению самооценки пациента и на длительное время задержать процесс его излечения, а в некоторых случаях – стать непреодолимым препятствием к выздоровлению больного.

   На современном этапе развития теории и практики психоанализа значительное внимание уделяется дискуссионным вопросам, связанным с обсуждением того, как и в какой степени разрешим невроз переноса, возможно ли окончательное преодоление его или в процессе психоаналитической терапии сохраняются такие остаточные явления его, которые дают знать о себе и после завершения пациентом курса лечения.

   Основания для постановки последнего вопроса обусловливались, в частности, тем, что один из известных в истории психоанализа пациентов З. Фрейда, проходивший у него лечение на протяжении 1910–1914 г г. и нескольких месяцев в 1919–1920 гг.

, по прошествии шести лет после завершения анализа вновь был вынужден обратиться за терапевтической помощью сперва к самому основателю психоанализа, а затем по его рекомендации к другому психоаналитику, к Р. Брунсвик. Причем письмо З.

Фрейда бывшему пациенту, в котором содержалась просьба ответить на несколько вопросов по поводу ранее подвергнутому анализу сновидения с волками, оказалось, судя по всему, одной из причин ухудшения его психического состояния. Во всяком случае знаменитый пациент З. Фрейда ответил на письмо своего бывшего аналитика в июне 1926 г., лето возвратило, по выражению Р.

Брунсвик, «полный набор симптомов», в начале октября того же года он был у нее в приемной, а тридцать лет спустя, в июне 1957 г. в письме М. Гардинер он задавался вопросом о том, не связана ли вспышка его «паранойи» с «вопросами профессора Фрейда», и замечал, что нет ничего удивительного в том, если его ответ Фрейду был написан «на грани паранойи».    

Источник: https://vocabulary.ru/termin/perenosa-nevroz.html

Перенос и контрперенос в работе с ЛГБ-клиентами

Невроз переноса возникает у клиентов способных

– Елена Рекина Виолетта Виноградова Психология – 22 сентября 2019 в 8:55 Перенос (трансфер) — это явление, возникающее в ходетерапевтической работы в отношениях клиента и психотерапевта, когдаклиент начинает воспринимать и переживать отношения с терапевтомтак, как он воспринимал и переживал отношения с одним из значимыхлюдей в своей личной истории.

Исходными фигурами, с которыхпереносятся такие эмоциональные паттерны, чаще всего являютсяродители, но нередко в качестве источников переноса выступаютбратья и сестры, бабушки и дедушки, учителя, врачи, а также героииз детства.

Иными словами, в ходе терапии клиент начинаетпроецировать на терапевта кого-то очень важного из своего прошлогои, соответственно, связывать с фигурой терапевта свои наиболееактуальные и заряженные потребности и переживания. Те самые,которые лежат в основе его внутренней жизни.Понятие переноса (трансфера) впервые ввел З. Фрейд в 1905 г.

всвоей работе «Фрагмент анализа одного случая истерии», описывая егокак «переиздание, копирование побуждений и фантазий, которыепробуждаются в связи с заменой прежней персоны — персоной врача», скоторой пациент выстраивает привычные ему отношения.

И еслиизначально Фрейд считал перенос фактором, мешающим аналитическойработе, то позднее он приходит к осознанию переноса как основногомеханизма психоанализа, а развитие «невроза переноса» необходимымусловием аналитического лечения. И основным импульсом к развитиюневроза переноса в психоанализе является личность терапевта.

Говоря о переносе, мне бы хотелось особое внимание уделитьэротическому переносу, который по моему мнению в работе спредставителями ЛГБ-сообщества имеет особое значение. Довольночасто клиент ищет дружественного терапевта, способного принятьчеловека в том, кем он себя считает, как определяет свою ориентациюи идентичность.

И тема сексуальности встает одной из первых приработе с такими клиентами. То, что, возможно, проявилось бы спустядлительное время в пространстве работы гетеросексуального клиента стерапевтом, вносится представителем ЛГБ-сообщества в процессетерапии на начальных этапах.

Данное явление является зачастуюпроверкой терапевта, некой своего рода лакмусовой бумагой будущеготерапевтического альянса: поймет ли, сможет ли принять? И этосоздает в свою очередь возможное поле доверия, необходимое длясоздания дальнейших продуктивных отношений клиента и специалиста.

При этом возникновение темы сексуальности может стать так или иначеповодом для возникновения эротизированных чувств клиента. Но приэтом хочу заметить — может, но не является обязательным условием.Что же такое эротический перенос? И здесь я вновь хочу обратиться ктем определениям, которые даёт нам психоаналитическая школа,работающая с переносом как с одним из ключевых феноменов втерапевтических отношениях. Под эротическим трансферомпринято понимать ситуацию, в которой клиент начинает связывать сфигурой терапевта потребности в эмоциональной и телесной близости,эротически окрашенные переживания. Далее мне кажетсяважным для понимания темы рассмотреть несколько ключевых причинвозникновения этого феномена в терапевтических отношениях.

Во-первых, готовность клиента обратитьсяза помощью к специалисту — это уже подсознательное желаниеустановления таких доверительных отношений, в которых он сможетбыть принят во всей его глубине переживаний, своего рода поискустойчивой значимой фигуры, необходимой для преодоления различныхжизненных затруднений. Любой человек, вне зависимости от возраста,пола, ориентации или какого-либо еще статуса, попадая в сложнуюситуацию и решаясь обратиться за психологической помощью, впроцессе терапии будет встречаться со сложными переживаниями вконтексте своей личной истории. И терапевт будет тем человеком,который ближе всего будет прикасаться к неудовлетвореннымпотребностям, самым болезненным переживаниям, к самым сильным иинтимным чувствам. И это рождает благодатную почву длявозникновения переноса.

Вторая немаловажная причина кроется всамом терапевте, так как именно он является гарантом эмоциональнойбезопасности клиента, поддерживая его значимые процессы,обеспечивает внимание, понимание и контакт с ним.

По сути,специалист создает условия, в которых может развернуться глубокаяэмоциональная жизнь клиента. И тут особенно хочется напомнитьколлегам о важности своей личной терапии, супервизий и соблюденииэтического кодекса, что все вместе и обеспечивает безопасностьклиента.

Все обладают «трасферентными характеристиками».

Этоозначает, что поведение каждого из нас обладает такимихарактеристиками, которые другие окружающие люди могут читать как:«Добрый, внимательный и заботливый мужчина», «Теплая, мягкая илюбящая женщина», «Живая, свободная, эмоциональная девушка» и такдалее, включая негативный окрас.

Клиент выбирает специалиста во многом исходя из того впечатления,которое он на него произвел. Что-то в клиенте откликается на образтерапевта. И, разумеется, откликается не просто так и не «отзвезды», а из глубин психики (чаще бессознательных), и потому что уклиента с этим впечатлением (образом) связана какая-либопотребность. Конечно, эту потребность клиент хочет удовлетворять,поэтому и будет развивать отношения с терапевтом так же, как с темобразом, который он увидел. Кроме этого, те впечатления, которые мысоздаем своим поведением у окружающих, тоже не случайны.

Наше поведение — так или иначе — тоже выражает нашу эмоциональнуюжизнь и глубинные потребности. То есть, часто клиент и терапевтбуквально находят друг друга через взаимное считывание в поведенииглубокой эмоциональной жизни. Клиент действительно часто приходитименно с той темой, проблемой, которая значима в какой-то мере идля терапевта.

Мой терапевтический опыт и опытсупервизий показывает, что зачастую в более чем половине случаев, ато и больше клиент выбирает именно того и такого терапевта, вовзаимодействии с которым он (клиент) потенциально может встретитьсяс проблемными (или, как минимум, значимыми) сторонами эмоциональнойжизни терапевта.

Клиент и терапевт во взаимном выборедруг друга на самом деле во многом направляются теми жебессознательными импульсами и тенденциями, что управляют встречейвлюбленных или другими встречами, которые мы переживаем какзначимые.

И именно поэтому для терапевта так важна собственнаяличная терапия, которая позволяет осознать и разрешитьналичествующие в его жизни эмоциональные сложности. В ином случаеесть высокая вероятность, что в пространство терапии появится такназываемый контрперенос терапевта.

Контрперенос — ситуация, в которой терапевт начинаетвоспринимать и переживать отношения с клиентом таким же образом,каким воспринимал и переживал отношения с одним из значимых людей всвоей личной истории, а также взаимодействовать с клиентом из этихпереживаний.

В том случае, если контрпереносныепереживания не осознаются терапевтом, велика вероятностьретравматизации клиента.

Терапевт, погрязший в собственных острыхреакциях на клиента и проблемных переживаниях, теряет своюосознанность и эффективность — то есть перестанет быть терапевтом,а сам терапевтический процесс перестанет существовать как факт.

Далее мне бы хотелось поговорить о так называемых особенностяхразворачивания переноса и контрпереноса именно в работе сЛГБ-клиентами.Хотя я плотно работаю с представителями сообщества уже нескольколет, мне довольно сложно обозначить ярко выраженную особенностьданной социальной группы. Проблемы, о которых приходят говорить этилюди, не имеют какой-либо ярко выраженной специфики. Это сложностив отношениях, переживания расставания, сложности поиска партнера,ощущение неудовлетворенности качеством своей жизни по разнымпричинам, совершенно не обусловленным их сексуальной ориентацией.Это обычные люди, переживающие кризисы в своей жизни, страдающие ототсутствия близких и тёплых отношений.

Горечь утраты или переживание собственного одиночества не имеютсексуальной ориентации, они свойственны любому человеку.

Пожалуй,единственной явной особенностью работы является подчасраннее возникновение в той или иной форме темысексуальности, что может отчасти создать предпосылкидля возникновения переноса, в особенностиэротического, однако закономерным это не является иостаётся для меня открытым вопросом.

Ко всему вышесказанному мнехотелось бы добавить, что в работе с ЛГБ-клиентами мнепредставляется интересным исследование вопроса выбора терапевта. Аименно, гендерной принадлежности специалиста.

Подчас в опыте гомосексуального клиента есть травматичные эпизодывзаимодействия с лицами противоположного пола, что так или иначевлияет и на выбор гендера специалиста при его поиске, а также можетстать источником для негативного или позитивного переноса клиента.Думаю, тема эта не нова, но исследование в своей работе мне кажетсяинтересным и таящим множество любопытных открытий. Кроме того, несекрет, что довольно часто представители ЛГБТИКА-сообществасталкиваются с гомофобией в своей родительской семье, близкомокружении, в отношениях со значимыми людьми.Подобный опыт есть почти у каждого представителя данногосообщества, потребности в близости подчас остро фрустрированы. Все это дает благодатную почву для появления переноса втерапевтическом пространстве, о причинах которого я писала выше. Взаключении мне бы хотелось обратиться к коллегам, чье отношение кданной группе клиентов может иметь гомофобный окрас в той или инойстепени. Выбирая профессию психолога, психотерапевта, работая вобласти оказания психологической помощи людям, мы руководствуемсяпринципами гуманности в первую очередь и правилами этическогокодекса как необходимого фундамента для создания возможныхглубинных изменений в жизни человека.

У каждого специалиста существует ряд тем, в которых намсложно, которые остаются слепыми неосознанными пятнами в нашемопыте, причины которых порой болезненно ищутся в личной терапии.

Имне хочется надеяться, что берясь за работу с представителямиЛГБ-сообщества, мы с вами в достаточной мере исследовали своюсексуальность, своё отношение к этому явлению и имеем четкуюпозицию, которая бывает подчас столь целебна для нашихклиентов.

0 1088 0

Источник: https://gestaltclub.com/articles/obsaa-psihologia/12254-perenos-i-kontrperenos-v-rabote-s-lgb-klientami

Психоанализ: учебное пособие

Невроз переноса возникает у клиентов способных

Рассматривая проблему переноса, Фрейд исходил из того, что в процессе анализа у пациента оживают ранние психические переживания. Оживление этих переживаний происходит не столько в виде воспоминаний, сколько в форме отношения пациента к личности аналитика.

Имеет место как бы копирование, «переиздание» того, что уже находилось в глубинах психики пациента. Но вновь ожившие желания и фантазии переносятся с прежнего, значимого для пациента лица на личность аналитика. При этом первоначальное заболевание, с которым пациент обратился к врачу, претерпевает определенное изменение.

Точнее, его болезнь развивается в таком направлении, что приобретается как бы новый невроз. Фрейд назвал его неврозом переноса.

Он является не чем иным, как «новым вариантом старой болезни», или «искусственным неврозом», требующим такого же пристального внимания к себе со стороны аналитика, как и то заболевание, с которым к нему обратился пациент.

Характерные для старого заболевания невротические симптомы утрачивают свое первоначальное значение и приспосабливаются к новому варианту болезни, в результате чего аналитику приходится принимать в расчет происшедшее в процессе анализа изменение. Тем самым направленность терапевтической работы смещается от исследования истоков возникновения первоначального невротического заболевания к изучению невроза переноса.

Таким образом, терапевтическое лечение сталкивается с дополнительной трудностью, обусловленной тем, что центром невроза переноса становится сам аналитик как объект, на который пациент переносит свои чувства и переживания.

Мало того, что аналитику приходится бороться с различного рода сопротивлениями пациента, так еще перенос осложняет и без того нелегкую его терапевтическую деятельность.

Возникшие в процессе анализа новые болезненные психические явления могут породить сомнения в эффективности психоанализа как такового.

В самом деле, что это за метод лечения, в процессе которого возникает новое заболевание – невроз переноса? Какой смысл в терапевтической деятельности, ведущей не столько к упрощению, сколько к осложнению аналитической ситуации? Не лучше ли прибегнуть к иным средствам терапии, не допускающим возникновения переноса как такового, затрудняющего лечение пациентов?

Надо полагать, Фрейд понимал, что с открытием невроза переноса эти и подобного рода вопросы могли возникать как у противников, так и у сторонников психоанализа.

Для первых такие каверзные вопросы предполагали обесценивание психоаналитической терапии как неэффективной и создающей ненужные трудности для врача.

Для вторых сама постановка подобных вопросов и последующие ответы на них способствовали развитию теории и практики психоанализа, поскольку трудности терапевтической работы являются стимулом для творческой деятельности аналитиков.

При рассмотрении неврозов переноса Фрейд придерживался мнения, что само по себе психоаналитическое лечение не создает переноса. Психоанализ открывает лишь то, что скрыто в глубинах психики невротиков. Не следует думать, что при использовании иных видов терапии переноса как такового не существует.

Проявление нежных или враждебных чувств пациента к врачу имеет место в любом случае. Другое дело, что при иных видах терапии проявление этих чувств осуществляется спонтанно и врач далеко не всегда способен их отследить, поскольку он может не иметь ни малейшего представления о переносе вообще.

При психоаналитической же терапии работа с переносом становится одной из важных и существенных задач аналитического лечения.

Специфика проявления переноса в психоанализе заключается в том, что в процессе анализа перенос принимает форму сопротивления. Поэтому в анализе важно дождаться того момента, когда перенос станет сопротивлением.

С этого момента аналитическая работа направляется на преодоление сопротивления.

В результате нежные и враждебные чувства пациента к врачу оказываются объектом непосредственного анализа, что способствует пониманию и осознанию невротического заболевания как такового.

Проработка и устранение переноса – необходимая часть аналитической терапии. На начальном этапе позитивный перенос способствует установлению доверительных отношений между пациентом и аналитиком. В процессе аналитической работы этот позитивный перенос может приобрести эротизированную направленность или стать негативным, что привносит осложнения в аналитическую терапию.

Но понимание того, что в переносе на врача нежных и враждебных чувств находит свое отражение предшествующее, хотя и несколько трансформированное отношение пациента к другим лицам, приводит к осознанию бессознательных желаний и влечений. Аналитическая работа направляется против нового искусственного невроза.

Его преодоление и устранение способствуют освобождению и от болезни, первоначально приносящей страдания пациенту.

Стало быть, перенос используется аналитиком в качестве необходимого средства, способствующего успешному лечению пациента. Решение первоначальной терапевтической задачи осуществляется путем преодоления нового, искусственно созданного невроза.

Если в процессе аналитической работы с переносом пациент окажется способным переосмыслить свои отношения с аналитиком и избавиться от невроза переноса, то аналогичным образом он будет действовать и в реальной жизни при взаимоотношениях с другими людьми.

Итак, с одной стороны, перенос и сопротивление настолько тесно связаны друг с другом, что далеко не всегда удается провести между ними различие. С другой стороны, в психоанализе сам перенос выступает в виде сопротивления.

В результате чего те трудности, которые встречаются при психоаналитической терапии, преодолеваются благодаря тому, что перенос используется для преодоления сопротивления. Словом, овладение переносом является необходимой предпосылкой аналитической терапии.

Ведь врач, способный превратить перенос из средства, мешающего лечению, в инструмент борьбы с сопротивлениями пациента, приобретает себе могущественного союзника, благодаря которому становится возможным достижение терапевтического успеха.

Поэтому искусство психоаналитического лечения заключается в том, чтобы вовремя овладеть переносом пациента с целью использования его в своих терапевтических целях.

Изречения

З.

Фрейд: «Решающая часть работы проделывается тогда, когда в отношении к врачу в переносе создаются новые варианты старых конфликтов, в которых больной хотел бы вести себя так же, как он вел себя в свое время, между тем как, используя все находящиеся в распоряжении (пациента) душевные силы, его вынуждают принять другое решение. Таким образом, перенос становится полем борьбы, где сталкиваются все борющиеся между собой силы».

З.

Фрейд: «Человек, ставший нормальным по отношению к врачу и освободившийся от действия вытесненных влечений, остается таким и в частной жизни, когда врач опять отстранил себя».

Источник: https://bookap.info/psyanaliz/leybin_psihoanaliz_uchebnoe_posobie/gl97.shtm

Невроз гуру
Добавить комментарий